Предпринимательство в сфере добычи песка в обществе прочно ассоциируют с мужским миром тяжелой техники и суровых условий. Соучредитель ООО «ЛенСтрой» Мария Иванова не просто бросила вызов этим стереотипам.

О пути в предпринимательство, цене ошибок и балансе в жизни и работе журналу Men’s Club рассказала Мария Иванова

Вместе с партнером она построила успешный бизнес на Ямале и сейчас завершает проект крупной логистической площадки с частным железнодорожным тупиком. Ее история — не о гендере, а о силе духа, готовности рисковать и умении подниматься после падения.

Мария, ваш основной бизнес — добыча песка. Почему именно Ямал, а не более освоенная Тюмень?

— Рынок в Тюмени стал развиваться значительно раньше. Когда мы начинали в 2011 году, ресурсы уже были распределены. Ямал же в тот период представлял собой территорию возможностей. Да, сложный климат, удаленность, но и конкуренция была иного порядка. Это работа с четкими правилами: получил лицензию, отработал карьер, провел рекультивацию, ликвидацию, вернул участок. Здесь важна экспертиза, надежность и умение работать в северных условиях. Мы с партнером пришли в эту сферу с пониманием, что наша ценность — в комплексном решении: исполнение обязательств перед государством, контрагентами, уважительное и ответственное отношение к природе. Наша деятельность этого требует.

Но песок для вас в 2011 году был новым направлением?

— Абсолютно. Я называю себя многопрофильным предпринимателем. Должна признаться, что начала погружаться в предпринимательство очень рано. Совсем маленькой в небольшом уральском городке Заречный я уже помогала бабушке торговать семечками на рынке. В пять лет сворачивала кулечки из газеты, бабуля их наполняла, а я подавала покупателям. В 10 лет продавала хомячков в Дом природы уже на тюменском Севере, где жила с родителями. В 14 лет помогала дрессировать собак. Все потому, что рано начала ценить независимость и возможности, которые дают личные финансы. Затем постепенно вникала в бизнес по восстановлению узлов и агрегатов для дорожно-­строительной техники, который вел отец. Вместе мы организовали международные поставки запчастей.
Песок стал логичным, но не единственным продолжением. Я не боюсь рисковать, экспериментировать, всегда была легка на подъем. Мой принцип: сначала врываюсь в проект, а потом разбираюсь. Соглашусь, что порой это рискованно, но риск чаще всего оправдывается. Жизнь научила меня главному: не бояться ответственности. Кстати, когда я маленькая подавала людям семечки, они часто дарили мне конфеты. Это и есть базовое предпринимательское воспитание: ты получаешь награду за сделанное.

В вашей истории был резкий переход из «мужского» бизнеса в «женский», а затем опять в «мужской». После торговли запчастями вы открыли магазин нижнего белья «РозМари». Почему он не выстрелил?

— Для начала нужно объяснить, что я привыкла вникать во все малейшие детали своего дела. Поэтому если пришла поставка запчастей, то мне необходимо проверить все самой. Ведь это моя ответственность перед покупателями, партнерами. Я должна быть уверена, что все в порядке. Неудивительно, что после посещения склада от меня частенько пахло солидолом.
В то же время очень хотелось красоты, женственности. Это был 2008 год. Мы уже занимались ВЭД, возили запчасти из Италии. Я подумала: почему бы не привезти и красивое итальянское белье? Поручила текущие дела по запчастям одному из помощников, сделала закупку на кредитные деньги, быстро нарастила около 600 постоянных клиентов, обслуживала элиту города.
Но допустила классические ошибки новичка: неправильный расчет размерной сетки, неверное управление оборотными средствами. На это наложился грянувший тогда кризис, трудности в семейном бизнесе и распад моей собственной семьи. В итоге я осталась одна с двумя детьми, долгом в 5 млн. руб­лей и переставшим приносить доход бизнесом. Помню, что ощущала тогда. Мне было невероятно тяжело.
А однажды я принесла домой два яблока. Дети — одному четыре с половиной года, другому шесть лет — выбежали с радостью: «Мама, яблочки!» Для них обычные фрукты стали настоящим подарком. Тогда я решила, что больше никогда не допущу такой ситуации. И начала действовать.

Мой принцип: я сначала врываюсь в проект, а потом разбираюсь. Соглашусь, что порой это рискованно, но риск чаще всего оправдывается

Вы нашли в себе силы буквально начать все с нуля. Но откуда взялись карьеры?

— И случайно, и неслучайно, как это часто бывает. Знакомому моего отца нужно было оформить документы на участок по добыче песка. Я как раз окончила Тюменский строительный институт, где мы проходили сыпучие материалы и строительные машины. Отец пришел и сказал: «Ты же институт оканчивала, значит знаешь, как это сделать, помоги». Ну я и помогла. А потом второй аналогичный случай по получению документов на карьер, а у меня уже был опыт. Это стало точкой отсчета.
Помню, тогда я поставила будущим коллегам необычные условия: машину в счет зарплаты с правом дальнейшего выкупа — мне не на чем было возить детей в школу, и семь процентов от прибыли. Почему именно семь, а не тридцать? Это и для меня до сих пор загадка. Но так я оценила тогда свой вклад в общее дело.
Мы начали с одного карьера, затем открыли второй, третий. Я постепенно выкупила долю у одного из партнеров. Сегодня это равное партнерство с человеком, который ценит дело выше слов.

Как возникла идея с логистической базой и железной дорогой?

— Это эволюция спроса. Клиенты, которые арендовали у нас территорию для хранения техники, спрашивали: «А можно больше? А можно с охраной, светом, теплым ангаром?» Техника на Севере — это колоссальные активы. Оставить ее без присмотра — непозволительная роскошь. Партнер нашел участок в 100 гектаров, последний с бетонной дорогой перед бездорожьем. Сначала там было болото, которое мы засыпали, затем построили инфраструктуру. А потом пришла идея подвести железнодорожный тупик. Это был проект на несколько лет, разделенный на этапы из-за масштаба инвестиций. Сейчас мы завершаем его финальный этап. Это не просто бизнес-­проект, это вызов самим себе.
«ЛенСтрой» cегодня — это логистический хаб с полноценной инфраструктурой. Расположение комплекса выбрано со стратегической точностью: микрорайон Коротчаево — ключевой транспортный узел Ямало-­Ненецкого автономного округа. К хабу подведена железнодорожная ветка протяженностью 1200 метров, что позволяет разгружать до 60 вагонов при единовременной подаче.
Кстати, и отправку рельсов из Екатеринбурга, и их укладку на Ямале я проверяла лично.
Комплекс полностью автономен — газифицирован, обеспечен электричеством мощностью 400 кВт (с возможностью увеличения до 1000 кВт). С круглосуточным пунктом охраны и системой видеонаблюдения, административным зданием и теплым складом.
Я подчеркну, что для потенциальных партнеров компания готова открыть детальный план площадки и предоставить индивидуальный расчет стоимости услуг. Наша компания — не просто как складской оператор, а скорее стратегический партнер для промышленных гигантов, работающих в Арктике, где логистика зачастую сложнее самого производства.

Каковы риски такого масштабного частного проекта в текущих условиях?

— Еще четыре года назад я бы, наверное, сказала, что сомнений в успехе нет. Сегодня я более осторожна. Конкуренция большая, есть игроки, которым невыгодно появление новой мощной площадки. Мы все делаем в рамках закона, каждая наша рельса с экспертизой. Наши преимущества — комплексность и масштаб: 65 гектаров уже подготовленной территории в одном месте плюс еще 35 для дальнейшего развития. Это удобно для любого бизнеса, в том числе крупных промышленных игроков.

Вы — женщина в мужском бизнесе. Это преимущество или дополнительные барьеры?

— Я всегда настаиваю на взаимодействии на равных. Никаких поблажек не прошу. В спорте, которым я увлекалась с детства (теннис, волейбол, бег, велосипед, а теперь триатлон), тебе тоже никто скидку не даст. Но, анализируя происходящее, понимаю: иногда быть женщиной все же легче.

Я по-другому смотрю на ситуацию, могу сгладить острые углы, чувствую людей. Хотя встречались и те, кто пытался сыграть на «слабостях». А с достойными партнерами, которые держат слово, — сотрудничать одно удовольствие. Мой критерий: договоренности, симпатия, общие ценности и экспертность. Мне комфортно, когда партнер может меня дополнить в той сфере, где я не сильна.

Вы упомянули спорт как основу. Как он помогает в бизнесе?

— Это моя опора и источник энергии. По своему характеру не терплю неподвижности, задыхаюсь в четырех стенах, поэтому готова пробовать новое, истыпывать себя на прочность. Например, когда впервые прыгнула в мутную воду Туры на состязаниях по триатлону, поняла: вариантов нет, только плыть вперед. Прямая аналогия с бизнесом. Спорт дает выносливость, дисциплину, целеполагание. Одно время я вставала в шесть утра, к восьми уже была свободна после тренировки — и день проходил продуктивнее.
У меня высокий уровень энергии, и если ее не тратить, начинаю «закисать». Сейчас у меня дома велостанок с виртуальными маршрутами по Италии, Франции и так далее — с имитацией подъемов и спусков. Я хожу на растяжку, в бассейн, бегаю. Это не хобби, а стратегическая инвестиция в свое здоровье, работоспособность, долголетие и ясность ума.

А как вы находите баланс? Бизнес, спорт, семья (у вас трое детей), женский клуб…

— Женский клуб — это моя осознанная компенсация. Все мои бизнесы — мужские, правила — мужские, энергетика — мужская. В клубе — про медитации, историю, этикет, просто общение. Это необходимо, чтобы не потерять себя. Семья — это мой фундамент и мотивация. Я умею и люблю готовить, для меня это терапия. А что касается баланса, то я научилась жестко разделять время. Раньше могла принимать рабочие звонки в десять вечера. Сейчас у меня правило: после семи-восьми вечера — только экстренные звонки от ограниченного круга близких людей. И все привыкли. Иначе — выгорание. Я также научилась себя благодарить. Закрыла большой проект — отправилась в путешествие или купила хорошие часы. Получим разрешение на железную дорогу — тоже себя порадую. Иначе какой смысл во всей этой гонке?

Вам сейчас стало проще доверять людям и делегировать, чем в начале пути?

— Несомненно. Сейчас проще, потому что больше опыта, знаний, наработок. Доверие — это как мышца, ее нужно тренировать. Раньше я все должна была проверить и потрогать своими руками, даже если от меня потом пахло солидолом и оставались пятна на одежде. Сейчас я могу оценить экспертизу человека и доверить ему участок работы. Но ключевые решения, конечно, принимаю сама. Это моя ответственность перед партнерами и семьей.

Что вас мотивирует ставить новые, все более сложные цели?

— Во-первых, дети, которые смотрят на меня и учатся на моем примере. Старшие уже сами зарабатывают, и я вижу в них потенциал. Во-вторых, внутренний «двигатель». Я не могу иначе. Как только закрываю один проект, уже планирую следующий — кратно сложнее и больше. А после, возможно, наступит время для благотворительности, наставничества.
Сейчас я уже помогаю детской школе музыки для уникальных детей, деткам с ограниченными возможностями здоровья.

Ваш главный урок за эти годы?

— Бизнес — это, по большому счету, игра, в которую нельзя входить с напряжением. Нужно принимать поражения как уроки, а не как крах. К примеру, на своих ошибках я научилась финансовой дисциплине и расчету рисков. А к успеху в бизнесе пришла через надежное партнерство и личную ответственность. И еще: не бывает мужского или женского бизнеса. Есть бизнес, в котором нужно быть профессионалом.