Суровый климат, удаленные локации и сложные условия Крайнего Севера — не преграда, а ресурс для роста, если у команды есть цель, вера в дело и крепкое партнерство.
О том, как превратить суровые условия Крайнего Севера в зону профессионального роста, почему команда важнее техники и что позволяет выстраивать отношения с крупнейшими заказчиками страны, нашему изданию рассказала руководитель компании ООО «КИИС» Олеся Бородина
Олеся Владимировна, расскажите, как появилась компания «КИИС». Почему вы решили заняться инженерными изысканиями?
— Наш бизнес — семейный, и мы с мужем по образованию геологи. Много лет работали в разных компаниях, поднимаясь в них до руководящих позиций. Однако в какой-то момент устали работать на кого-то — захотелось своего пути. Мы оба осознали, что хотим собственной реализации, хотим развиваться иначе: создавать команду, где люди болеют душой за общее дело. Так 1 марта 2013 года и появилась компания «КИИС». Я до сих пор помню наш первый заказ — он принес нам всего 50 тысяч рублей. Сейчас вспоминаем об этом с улыбкой, но тогда для нас это было настоящим началом.
У вас есть уникальный опыт работы на Крайнем Севере. В чем главные сложности при изысканиях в таких условиях?
— Самое сложное в этом случае — добраться до объекта. Иногда сами работы занимают несколько дней, а дорога туда — недели. Мы используем вездеходную технику, но ее нужно обслуживать, перевозить, даже ночевать в ней, если локация крайне удаленная. И самое главное — доставить образцы мерзлых грунтов в неизменном виде. У нас есть мобильные холодильники, продуманная логистика. Это целая система, отработанная годами. Я сама окончила аспирантуру по мерзлотоведению, понимаю поведение грунтов теоретически и на практике. Это дает точные результаты — получается комбо теоретических знаний и практических наработок.
Что важнее в таких условиях: техника, опыт или внутренняя мотивация команды?
— Важно все. Без качественной техники не обойтись, без достойной оплаты труда сотрудников и грамотных отношений с ними — тоже. Но главное — это внутренняя готовность, мотивация, интерес к делу у всего коллектива. Я стараюсь подбирать команду так, чтобы люди дополняли друг друга. В суровых условиях Севера важно быть не просто коллегами, а друзьями. Мы много разговариваем, прописываем карьерные дорожные карты, проводим корпоративы, тет-а-тет беседы. Это создает настоящую команду, где люди не просто работают вместе, но понимают друг друга, вдохновляют делать даже те необходимые вещи, которые не прописаны в их должностных инструкциях.
Как вы выстраиваете отношения с сотрудниками? Что помогает удерживать сплочённую команду, особенно в такой непростой полевой работе?
— Когда мы с мужем еще работали на другие компании в качестве наемных исполнителей, то нередко видели «просадку» в части командообразования. И, открывая свой бизнес, мы отлично понимали, насколько важно иметь сплоченный коллектив.
Поэтому я никогда не говорю своим сотрудникам: «Сделай, потому что я так сказала». У нас нет жесткой иерархии. Я вижу, как сотрудники своими идеями зачастую решают задачи в разы эффективнее, чем по приказу. Это партнерство, уважение к опыту каждого. Я стараюсь усиливать сильные стороны людей. После каждой командировки мы обсуждаем плюсы и минусы, ищем, как улучшить рабочий процесс. Слово каждого сотрудника имеет вес, и я как руководитель слышу их всех. Зная это, люди сами предлагают решения, и это дает отличный результат.
Многие работают у нас очень подолгу, есть те, кто с нами уже 15 лет. Сегодня они передают свои знания более молодым геологам — это ценнейшая преемственность.
Как вам удается наладить взаимодействие с такими крупными заказчиками, как «Газпром» и «Роснефть», и при этом оставаться гибкой, мобильной командой?
— Я вникаю в каждый проект лично. На этапе переговоров мы задаем вопросы: «Как вы хотите?», «Что именно планируете?». Заказчик чувствует, что я полностью включена в работу. Мы предлагаем оптимальные варианты по срокам, бюджету, техническим решениям еще до старта. Это вызывает доверие. Многие приходят за разовым проектом, а в итоге мы выстраиваем долгосрочные отношения. Нам доверяют и благодарят. Главное — не оставлять заказчика наедине с проблемой, если она вдруг возникла. Высший пилотаж — это когда клиенту вообще не приходится включаться в какую-либо сложность, мы справимся с ней самостоятельно.
Инженерные изыскания до сих пор недооценивают? Или ситуация меняется?
— Раньше часто слышала, что изыскания — это процесс необязательный, какой-то проходной. Но сейчас все чаще встречаю заказчиков, которые понимают ценность качественных исследований. Они говорят: «Сделайте свою работу хорошо, чтобы нам потом не пришлось переделывать проект». Все больше специалистов хотят работать в связке: изыскания — проект — стройка. Мы ведь не просто сдаем отчет и забываем о нем. Мы сопровождаем все объекты, помогаем клиентам на этапе проектирования. И когда через время видишь построенный объект на месте пустыря — это чувство удовлетворения невозможно описать. Это осознание, что именно мы были отправной точкой этой цепочки, благодаря которой зародилось нечто, что прослужит на пользу людям 50–100 лет и дальше.
Что вы вкладываете в понятие «идея и миссия компании» — и как она помогает идти туда, куда другие не хотят?
— Для меня нет сложных объектов, есть интересные задачи. Мне важно, чтобы люди, с которыми я работаю, тоже видели цель и чувствовали, что от их работы многое зависит. Мы не просто копаем грунт. Мы участвуем в создании зданий, инфраструктуры, которая будет служить десятилетиями. Это вдохновляет. Когда ты видишь, как твоя команда горит делом, когда заказчик доволен, когда результат живет и развивается — понимаешь, что все не зря.
